Ген-программа Т была начата после второго ядерного взрыва и продолжается до сих пор. Управляемые мутации, новые геномные сочетания и путь через всю Пустыню — что из этого реальность?

Дороги Пустыни удивительно постоянны. Ты не рискнешь отклониться от маршрута, записанного в генетической памяти, даже на фарсах. Иначе не попадешь в город, ведь Безымянный Бог не ставит вешек: "Вот твоя цель".

Бусины тасбиха выплавлены из индигово-синего стекла. Краску для них ты добыл сам в своем первом путешествии к рудникам на западе. На груди болтается талисман — щепка от посоха первого из рода яссиров.

Вспоминаешь как буря, ядовито-песочная, рвущая на части восприятие, искалывала кожу острыми иголками. А в кулаке ты всегда сжимал тасбих — так крепко, что, кажется, бусины его вот-вот расколятся.

Главное — пересечь бурю. Главное — не сдохнуть во второй ее волне, после эпицентра. Главное — дойти до города. А после уже начинается хадж, последнее путешествие яссира, когда бусины тасбиха рассыпались в пыль, а он все равно идет в Пустыню. Умирать.

Ночь, серо-голубая, с яркими полотнами северного сияния под горизонтом, обнимает тебя. Ты кутаешься в аба — по привычке, ведь теплорегуляция нарушена, — поправляешь шемах, чтобы ткань не падала на глаза. В пальцах — бусины тасбиха.

Уже намного меньше, чем без трех три дюжины.

Под закрытыми веками взрыв накрывает Аризону, оранжевые скалы и сапфировое небо.

Ты не спишь, яссир, ты следуешь пути. Пустынные дороги удивительно постоянны, и до города всего две ночи пути.

Если Господин Пустыни не спустит с привязи бурю.