Озеро — обрывки разорванного зеркала, расплавленная в чьей-то крови ртуть — неподвижно. До мертвенной бледности синего неба спокойно. Осторожно, не трогай воду!

Вытащив из кошеля на поясе плоский камень, отправляешь его в полет над водой. Пять прыжков — не так уж плохо.

Нащупываешь стеклянные бусины с проверченными отверстиями. Пять. Разноцветных: синих как небо; синих, похожих на драгоценную пыльцу; цвета синих сверкающих звезд; сумеречных; индиговых бусин.

Нанизываешь стекляшки — гладкие, выскальзывающие из пальцев — на грубую нить из конского волоса. Завязываешь узлы, один за другим, после каждого синего фрагмента неба. Сколы в глубине бусин бликуют, рассыпая бирюзовые искры на песок.

Холодно. Ветер, создающий лабиринты вокруг одинокого дерева на берегу озера, оставляет ожоги на коже. Терморегуляция потерялась в нескольких веках управляемой мутации.

С хрустом ломаются ветви, выкрашенные солью в черно-белый. Отдергиваешь неловкие пальцы, едва не выпускаешь нить с бусинами, но потом все же привязываешь — к соседней веточке.

Ветер ломает очередное нематериальное построение. Находит твой подарок, звенит — радостно-звонко. Присев, выкапываешь из песка колокольчик. Повязываешь на нитке.

Кутаешься в аба, накидываешь капюшон, застегиваешь маску-респиратор. Чтобы пройти пустыню от края до края, с востока на север, чистого генетического ряда мало.

Внимательно следишь за дыханием и шагом. Пересечь пустыню: от Западного города до Восточного.