Взрослая Ирина — Монолог.

бледнела, плакала, грустила,

и счастья, — не было его,

я только душу — износила.

От самых тяжких мук, тревог, —

я отказалась, не жалея.

Мне всё казалось, мир — жесток,

обманчив, бьёт ножом в трахею.

Мне всё казалось, Бог — простит,

отпустит — грех, любовь — подарит,

ведь с болью жить слагая стих —

мне не под силу в пытке камер.

Вот за спиной, — дрожит февраль,

кромсают лёд — противоречья.

Порой, рвануть так тянет вдаль

из ничего, рождая — вечность.

Прошёл тот день, когда вся боль —

лилась наружу через сердце.

Осознаешь, что: За чертой

души — нам никуда не деться.

Пылая, ярче мы гореть — хотели,

всё же, это — странно:

Искать открытую в грудь дверь,

когда у самого — прохладно

там. И не поймут, и не простят;

уже ты станешь — задыхаться,

пульс выбъет — частый и молчать —

не сможешь. Так захочешь — сдаться,

но остановит свет тебя.

Тот свет, в котором есть — порывы.

И до последнего себя —

отдашь, за луч его вершины.