 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 Серегина: Он передает ответный
|
|
mynchgausen: стойкому организму привет
|
mynchgausen: интернет через билайн вылетает ежесекундно, поэтому собеседник из меня дурацкий приятных бдений
|
|
Серегина: А когда я сдавала кандидатский минимум, он препочитал в троллейбусе спать, потому что я работала, а на работе спать ему не давали.
|
|
Серегина: Предпочитал учить в троллейбусе.
|
|
Серегина: Он ее видел один раз — на лекции по педагогике на 1-м курсе. Больше он туда ни разу не ходил)
|
|
Серегина: Он, зараза, не знает, что такое рутина)
|
mynchgausen:  организму стрессы видимо нравятся, а рутина нет
|
|
Серегина: Причем, до смешного настигает. Типа начисто забыть год основания города, но помнить уйму левых фамилий-отчеств-дат рождения.
|
|
Серегина: Я заметила, что в сложных ситуациях у меня не бывает провалов, скорее, наоборот. Настигает там, где всё кажется легким.
|
|
Серегина: Было сложно, потому что стояла спиной, выше окон, не видела, где еду
|
|
Серегина: Нет, я просто громко говорила.
|
|
mynchgausen: а чем закончилось путешествие без микрофона с 40 школьниками? я не дослушал окончание истории) их пришлось заклинать на флейте?
|
|
Серегина: И вся картина мира сложится)
|
|
Серегина: Ну, осталось поискать жизнь в смерти.
|
|
mynchgausen: "Сон — это наполовину смерть. А жизнь — на одну треть сон. Значит жизнь — на одну шестую смерть"
|
|
Серегина: Но, так как объектом было кладбище, вещать мне труда не составило, спасибо и Царствие Небесное отцу Ростиславу.
|
|
Серегина: Древнерусское (домонгольское) зодчество. Да тут в 15-м веке язычество цвело пышным цветом по деревням.
|
|
Серегина: Центральная Россия.
|
|
Серегина: Но, охренеть, в этой программе моя начальница написала "памятник ДРЕВНЕРУССКОГО зодчества". Будь я туристом, я бы скандалила.
|
 Все сообщения мини-чата |
Так говорили в советском ЧК.
"Человек бы был, а работа найдется!"
При отправке в чрево СЛОНа.
Соловки — страшная работа,
Соловки — топкие влажные места,
Соловки — место выслуги ЧК.
В Соловки арестованных ночью отправка,
В столыпинские вагоны, словно в бочки треска,
В центр вагона кидают деревянную кадку,
Соловки — это боли мольба!
И Цербер Советов на страже стоит,
Не пропуская никого,
И сквозь века он тут рычит,
Утаскивая под землю глубоко.
Пожаловаться