трачен золотом, как молью, —

он давно уже не молод,

и не так, как раньше, крут.

он — загадка всех историй.

путь его тернст и долог,

и сидит он, невеселый

свесив голову на грудь.

вот сидит он — старый, мерзкий

как несбывшаяся песня,

и огромной пятернею

ковыряется в носу.

а в пролетах старых лестниц

воет ветер; не пролезть нам

в душу, траченную болью,

словно выцветший лоскут.

Молох грязен, Молох скучен

у него проблем — до кучи,

все его богатство — морок,

что рассеется к утру.

он в своих руках тяжелых

удержать не сможет молот, —

сколь ни тужсья старый Молох —

молот выпадет из рук.

в сказках пишут — он в ответе

за любое зло на свете,

и, пока нам солнце светит —

мы намнем ему бока.

Но в ответ на сказки эти

Молох вскрикнет — пожалейте!

не губите, дети, дети!

пощадите старика!

дети глупые поверят

пожалеют изувера,

и начнут, слезами брызжа,

восхвалять святую боль.

малахольный старый Молох

о спасеньи Бога молит, —

только Бога не услышит

он за собственной мольбой.

***

как устала я, как устала

быть язвительной, злой и сильной.

этой жизни игра пустая

поначалу меня бесила —

а теперь не могу без виски

сигарет по две пачки за день —

и на сердце от этой жизни

до хрена синяков и ссадин.

я устала ходить на съемки

я устала строчить в журналы, —

а тем временем путь мой вьется

к горько-приторному финалу;

и, хоть счастлива я отчасти —

то, что душу мне точат черви

я боюсь предавать огласке.

я боюсь придавать значенье

предсказаниям, данным наспех

и словам о любви нескромным, —

ведь так много пришлось узнать мне

что теперь ничего не помню.

а влюбилась сама, как дура,

от игры потеряла крышу, —

и послышится — лучше б умер,

но аукнется — хоть бы выжил.