моих мыслей в плену поэзий и проз.

я сижу как тень на скрипучем стуле

и в пустой обойме считаю пули.

размышляю вслух о бескровной пытке —

врозь с тобой вишу на тончайшей нитке.

подпали окурком, отрежь, порви...

ни тоски, ни жалости, ни любви.

как в последнем акте слезливых драм,

как в седом Париже де Нотр-Дам,

в параллельном мире, пустом нигде

экономят на воздухе и воде.

так и в нашем сером и тусклом сне

мне давно не мечтается о весне.

я хочу добраться до старых ран —

в прошлогоднем лете нажать стоп-кран.

чтобы не было больше ни дел, ни слов.

не бояться стен, потолка, углов.

выходить на свет под прицелом боли,

не боясь играть чьи-то птичьи роли.

и бродить наощупь сквозь все проблемы,

на крючке у хмурой больной системы.

где живу в плену поэзий и проз,

от которых один сплошной токсикоз.

и ни вырвать, ни выносить, ни родить.

не мечтать. не надеяться. не просить.

этот мир так легко и небрежно сложен.

ты ему обязан. он тебе — не должен.

выживать в неволе — земной талант.

Ave Caesar, morituri te salutant.