дурное хобби,

как и писать стихи без рифм —

неинтересно.

Радузная гармонь в наушниках простонет,

что мне для жизни нужно

какое-то другое место,

не этот город,

не эти окна,

и явно уже не это солнце!

А место это явно уж не в этом мире —

Радузное сопрано просмеётся.

На улыбающихся лицах

я явно наблюдаю фальшь,

Ты плачешь?

По нему,

ненужному,

несмелому,

просто капризу

твоей суматошной души.

Он идиот!

Хотя умело

изобразить мог из себя "звезду"!

Оставь его!

Пускай идет к другой,

в

сердце.

Они друг друга стоят.

А мы с тобою

сможем запереться

в глухой и мягкой комнате,

где стены серым войлоком оббиты.

И мы, такие безневинные,

хитрые,

пока не замерзнем.

Мы будем развлекаться

анекдотами и играми,

как в "молодости",

пока не кончится воздух.

А когда ты умрешь,

так и не догадавшись, что я

бессмертная,

я буду писать эти строчки.

Про солнце,

про лето,

про свежие ветры,

Я буду рисовать ветви

сакуры и магнолии,

и распускать на них почки.

В потоке сознания или под-

сознания,

Так плавно и уверенно,

что никто не поймет,

что я сама не знаю, что творю...

А ты мне вовсе не была нужна

в этой смешной фантазии,

и в жизни...

Поэтому живи и дальше, и люби

свою любовь бессмысленную.

Прочь из моей комнаты,

не хочу, чтоб ты видела,

как расступятся стены,

превращаться в безрамные иллюминаторы,

сквозь которые всеми

неправдами и правдами

будет пробиваться

мое солнце!

мое лето!

Мои пейзажи

моей планеты!

Почти безлюдной,

классически свободной,

беспечной и опасливой —

мне не хватает!

не хватает мне словарного запаса,

чтоб рассказать о ней!

прекрасной и уродливой —

какой угодно!

Главное, чтоб была степь

и океан воды —

соленой или пресной.

И солнце,

и тепло...

И вам на ней чтоб не осталось места!