Дарин: есть что-то символичное в этом: в миничате: ужасы, онлайн |
кррр: Пррривет!!! |
Nikita: Ужааааасссыы)) |
Дарин: боже, и разговаривать не с кем, и читать страшно |
Дарин: АВТОРНЕТ!!!! |
Шевченко Андрей: Всем добрый вечер! А Вике — персональный) |
кррр: Каков негодяй!!! |
кррр: Ты хотел спереть мое чудо? |
mynchgausen: ну всё, ты разоблачён и ходи теперь разоблачённым |
mynchgausen: молчишь, нечем крыть, кроме сам знаешь чем |
mynchgausen: так что подумай сам, кому было выгодно, чтобы она удалилась? ась? |
mynchgausen: но дело в том, чтобы дать ей чудо, планировалось забрать его у тебя, кррр |
mynchgausen: ну, умножение там, ча-ща, жи-ши |
mynchgausen: я, между прочим, государственный советник 3-го класса |
mynchgausen: и мы таки готовы ей были его предоставить |
mynchgausen: только чудо могло её спасти |
кррр: А поклоны била? Молитва она без поклонов не действует |
кррр: Опять же советы, вы. советник? Тайный? |
mynchgausen: судя по названиям, в своем последнем слове Липчинская молила о чуде |
кррр: Это как? |
|
Как будто бы экватор.
Жую сухую пиццу
в кафе, где грязный фартук
у женщины с подносом
и тряпкой для обтирки,
берущей из-под носа
стекло из-под напитков,
обтягивает корпус
на месте бывших талий.
В окне звезда Канопус
висит над крышей дальней.
Натужно проплывает,
разбрызгивая лужи,
троллейбус, вбивший фары
в тьму бивнями наружу.
И вечер многолюден.
И служащий с заботой
дробит харчо на блюде
в вечор перед субботой.
Мой одноножка — столик
цветет, припудрен грязью.
Жую себе достойно,
так и не выйдя в князи.
19.05.1999