Борись: Автор написавший пародию и не указавший об этом особо — автоматически должен считаться стилизовавшимся, а не спародировавшим.
|
Борись: Ну тогда я выскажусь. В правилах конкурса неодднозначно сказано, что от авторов ждут стилизаций, а не породий.
|
Борись: Помешал? С мысли сбил? Вельми понеже, тобишь... Не обращайте на меня внимания — в сторонке постою, покурю.
|
Борись: Интересная какая у вас беседа. Приятно на умных людей полюбоваться — такая редкость нынче
|
Борись: Всем здасьте!
|
Peresmeshnik: Ну, может, это самоирония. Трудно сказать наверняка. Я в прозе — весьма слабо.
|
mynchgausen: последнее предложение
|
Peresmeshnik: Не берусь судить. А почему Вы так думаете?
|
mynchgausen: Банальная история — пародия
|
Peresmeshnik: Так и пусть соседствуют, если в меру. Мне кажется что Серёгина хотела дать шанс именно тем, кто проявил себя именно как пародист. Ведь некоторые указывали что их работа |
mynchgausen: и у них есть общее пространство
|
Peresmeshnik: О, про неё даже не буду. Задела. Хотя я ведь не Есенин, чего это я?
|
mynchgausen: пародия — передразнивание, стилизация — подражание
|
Peresmeshnik: Ну если сильно местами, то можно пренебречь. А если перебор — то по всей строгости
|
mynchgausen: Ах ты русская сторонка. — грубоватая пародия
|
mynchgausen: я как раз и хотел сказать, что бывают пародия не целиком, а местами
|
Peresmeshnik: Мне кажется что, начало — честная попытка стилизации, а потом автор устал и решил не париться. Но это просто моё одинокое частное мнение.
|
mynchgausen: в том и дело
|
Peresmeshnik: Вот с Дадоном не знаю, чего автор хотел.
|
Peresmeshnik: Конечно. Но к этому гротеску надо подвести умело. Чтоб читатель не заметил как попался
|
Все сообщения мини-чата |
Купца завидел кредитор…
И тут же завязался спор,
Людской словесности пожар!
Купец уж бледен стал лицом,
Но ростовщик был как стена.
А рядом с должником-купцом
Стояла юная жена.
Был очарован ею вдруг,
Неумолимый ростовщик.
И предложил: — Давай-ка, друг,
Наш спор мы разом разрешим!
Два камня положу в кошель:
Один я белый опущу,
Коль вытащит его Гузель* —
Она — моя, а долг — прощу!
Другой же чёрный я кладу,
Достанет коль его она —
Забудешь ты свою беду,
Прощу тебе я всё сполна!
Но углядел Гузели взгляд:
Два белых камня в кошельке,
Что плут подбросил их подряд,
Зажавши чёрный в кулаке...
Из кошелька млада-краса
Едва достав, роняет вдруг
На землю камень, а в глазах
Прекрасных — якобы испуг.
— Коль под ногами столь камней,
Искать средь них не стоит свой!
Ну так поступим же мудрей,
Чтоб наконец настал покой!
Заглянем лучше в кошелёк:
Какой остался камень там?!
И если чёрный — видит Бог —
Покорно я себя отдам!
..........
*красивейшая, достойная восхищения (тюркско-татарское).

