Как господин запросит тишины

И обдавая истребимым жаром,

Заглушит прихоть внутренней войны.

Осядет в лёгких каверзным туманом,

Дурной подсказчик несчастливых дел,

Как будто врач, он сосчитает раны,

Предложит мне, не ласковый удел.

И вновь луна, в окно лучом стучится,

Пытаясь тело привести в себя,

Но так не хочет разум поделиться,

Игривой нотой пасмурного дня.

Пойдёт ко дну мир сказок и фантазий,

Когда настанет на земле рассвет

И превратится жизненный оазис,

В пустыню долгих, непонятных бед.

А солнца свет склоняет всё к уходу,

К уходу в ложь, сейчас и навсегда.

Сливаю прочь отравленную воду,

Сливаю в ночь, велела так судьба.