Cymbalta — Пирожки

Муж отвёл взгляд от компьютера, на чёрном экране которого толпились мелкие белые строчки на непонятном языке, медленно устало заморгал, а потом сказал:

— Ну… Не знаю… Ну, люба, ну может пирожков с сыром спечёшь?

— С сыром?

— Так, а шо? Бабуня часто делала, смачно было.

— Хммм, не припомню…

— Память-то курячая, — рассмеялся он.

— Какая?

— Как у курки. Короткая.

— Опять ты за своё, — я надула губы. — Тогда пирожков не будет!

— Ну шо ты, люба… Ну пробачь… Я не буду.

— Ты как дитё прямо… — я снова покачала головой. — Ну хорошо, будут тебе пирожки.

— Спасиби, — он приподнялся на кресле и чмокнул меня в щёку. — Ну мне б поработать…

— Ох, знаю я твой часик, Миш, опять зависнешь в Интернете, пока есть не позову.

— Ну так шо, работаю ж, гроши ж заколачиваю, люба…

И не поспоришь. Правда, очень уж часто он сворачивает окно, когда я захожу в комнату. Вечно какие-то секреты от меня.

— Что за Люба-то, кстати? Общаешься с кем-то?

— Шо?

— Ты меня вечно называешь Любой! Так сложно запомнить, что я — Даша?

— Дашо, я це помню… Я ж ласково хочу. Казати ще раз, шо я тебе кохаю…

— Боже, Боже, Боже! — я схватилась руками за голову. — Я не понимаю тебя! Ну неужели так трудно говорить нормально?

— Как можу…

— Как могу, как могу… Ну так уж и быть, поверю. Работай, изменник.

Последнее слово я сказала уже с иронией, но он всё равно нахмурился.

Я замешивала тесто и думала. Любовь зла, говорите? Может быть. У всех проблемы с мужьями. Многие это понимают только после свадьбы, но вот я догадалась сразу, что с моим будет тяжело. Нет-нет, парень хороший. Просто не русский… Да нет, не кавказец! За кавказца я бы не вышла точно. Нет-нет, всего лишь украинец. Почти русский? О нет, вы не знаете украинцев… Ну, или не разговаривали с такими, которые только на своём и умеют. Ничего же не понятно!

Вот и мой. В России он уже жил, когда мы познакомились, русский худо-бедно знал, когда хотел, мог даже говорить так, чтобы его понимали. И сейчас у него уровень помаленьку улучшается. Но когда ему не хочется думать, или если он дома, он стараться не будет. И начинается смесь. Слушать жутко, понимать ещё труднее. Полгода женаты, а всё никак не привыкну.

Свекровь всё говорит: «Раз вышла за украинца, то учи язык!» Но зачем? Живу-то я в России, говорит в окружении только муж со свекровью. Пускай уж он учит, ему нужнее. И пусть мне не мешают. Тут бы разобраться, как эти пирожки с сыром делать. Ну посмотрим, может, в моей поваренной книге что-нибудь будет…

Ага, вот, нашлось. Какие-то абхазские. Рецепт вроде бы простой, и брынза дома есть, вот только они жареные, а ведь вроде как он просил испечь. То ли я нашла? Полистала ещё немного, ничего не нашла. Ну и да ладно. Захотел пирожков — получит пирожки. А если его чего-то там не устроит, то сам виноват будет.

— Милый, иди кушать, — зову с кухни. Обычно звать его приходится по нескольку раз, так как он всё никак не может оторваться от компьютера. Но на этот раз приходит сразу же. — А ты быстро. Интернет сломался?

— Интернет не ломается, ломаются коннекторы, — улыбается Миша. — Я просто люблю ци пирожки.

— Ого, ты любишь что-то больше, чем Интернет.

— Ну опять ты! Шо за ревность? Сначала ты, потом пирожки и потом Интернет!... О, ты и каву сварила? Ой ты золотце мое…

— Да садись уже есть, — хихикаю я, ставя кружку на стол. — Наливай себе кофе и кушай.

Муж наливает себе кофе, добавляет молока, потом берёт с тарелки один из нижних пирожков и смотрит на неё влюблёнными глазами. Ну как ребёнок прямо, не могу не улыбнуться. И потом с выражением блаженства на лице надкусывает…

В следующую секунду всё резко меняется. Надкушенный пирожок сиротливо лежит на полу, а муж откашливается. Встаю и стучу ему по спине.

— Что-то не так, Миш? Я что-то не так сделала?

— Так… — отвечает он. — Чому ты зробила хачапури?

— Какие хачапури? Это просто пирожки с сыром! Как ты и просил!

— Я не просив хачапури!

— Ты что, идиот? — начинаю злиться. — Ты попросил пирожков с сыром. Я их сделала. Какие претензии?

— Ни с цим сиром!

— Не с этим сыром??? А с каким???

— Ну чего ты кричишь… — грустно отвечает Миша. — Зараз покажу.

Он встаёт и подходит к холодильнику, при этом сильно горбится, и вообще вид у него как у побитой собаки. Мне становится не по себе. Вот почему я всегда что-то не так делаю? Конечно, он сам тоже хорош, начинает кричать, не объясняя, но всё-таки это не дело.

— От цей сир, — Миша небрежно кладёт на стол упаковку творога, почти кидает. — З ним треба.

— С ним надо? Но это же творог!

— Ни, це сыр, — хмуро отвечает он.

— Это по-украински что ли?

— Угу.

— А как по-вашему «сыр»? Который в пирожках.

— Сыр.

— И как же вы его отличаете?

— Не знаю…

— Миша… Ты прости, что я так… Но ты и сам бы мог точно объяснить, с чем делать пирожки, раз вы творог и сыр не различаете. А кричать-то зачем?

Он виновато разглядывает свои тапочки. Приобнимаю его:

— Я в следующий раз испеку, какие надо. Хорошо? Ну а эти… Я попробовала, мне понравились. Может не такие уж они и плохие?

Миша утягивает с тарелки ещё пирожок и надкусывает:

— Так, недурни…

— Ну раз неплохие, то давай их сейчас покушаем? Ты же голодный.

— Ага…хорошо, люба. Спасиби, — он чмокает меня в щёку и снова садится за стол.