как в детстве, закрыть глаза и — под одеяло.

Что бы ни для кого уже не было разницы,

почему и когда меня вдруг не стало.

Словно я вышла утром как все на улицу.

Уверенно кивнула соседям: здравствуйте,

а потом бы скользнула на землю пуговицей,

и пропала, вместе с отметками в паспорте.

Дата рождения, дата исчезновения,

дата моего первого и последнего имени

перестали бы существовать и иметь значение.

Словно пуговицу с земли подняли и в море кинули,

и лежит она на дне маленькая и никому не нужная,

наблюдает за рыбами, вспоминает прошлое

со всеми его пуговичными "любвями" и "дружбами",

со свежими газетами и куртками ношенными…

И вот когда море и рыбы становятся для меня единственным настоящим,

а круглое пластмассовое тело самой удобной и надёжной формой.

Я хочу оказаться сама собой, только спящей,

под одеялом, живой и глупой, а не круглой и мёртвой.