 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 Шевченко Андрей: Всем добрый вечер! А Вике — персональный)
|
|
кррр: Каков негодяй!!!
|
|
кррр: Ты хотел спереть мое чудо?
|
|
mynchgausen: ну всё, ты разоблачён и ходи теперь разоблачённым
|
|
mynchgausen: молчишь, нечем крыть, кроме сам знаешь чем
|
|
mynchgausen: так что подумай сам, кому было выгодно, чтобы она удалилась? ась?
|
|
mynchgausen: но дело в том, чтобы дать ей чудо, планировалось забрать его у тебя, кррр
|
|
mynchgausen: ну, умножение там, ча-ща, жи-ши
|
|
mynchgausen: я, между прочим, государственный советник 3-го класса
|
|
mynchgausen: и мы таки готовы ей были его предоставить
|
|
mynchgausen: только чудо могло её спасти
|
|
кррр: А поклоны била? Молитва она без поклонов не действует
|
|
кррр: Опять же советы, вы. советник? Тайный?
|
|
mynchgausen: судя по названиям, в своем последнем слове Липчинская молила о чуде
|
|
кррр: Это как?
|
|
mynchgausen: дам совет — сначала ты репутацию репутируешь, потом она тебя отблагодарит
|
|
кррр: Очковтирательством занимаетесь
|
|
кррр: Рука на мышке, диплом подмышкой, вы это мне здесь прекратите
|
|
mynchgausen: репутация у меня в яйце, яйцо в утке, утка с дуба рухнула
|
|
mynchgausen: диплом на флешке
|
 Все сообщения мини-чата |
Фридой родители назвали меня в честь темпераментной мексиканки, художницы Фриды Кало. Я, наверное, долю темперамента получила от неё...
Ты приходишь ко мне вот так каждый месяц, всегда с цветами.
Рассказываешь о своей семье... Как ты жил с ней, со своей женой, как родилась дочь, как тебе кажется, что она безумно похожа почему-то на меня, как она растёт, как становится взрослей этот маленький человечек.
Рассказываешь о своих неприятностях на работе, неприятностях дома, о том, как тебя всё это достало и о том, что твои визиты ко мне — твоя единственная отдушина.
Много вспоминаешь. О нашей первой встрече в библиотеке филфака, о бурном, пламенном романе, о том, как я уехала во Францию на год, чтобы написать диплом по классической французской литературе, о том, как сначала ждал, но потом отчаялся и нашёл себе жену. Вспоминаешь о том, как я приехала и ты до последнего скрывал от меня факт свадьбы, о том, как я, узнав о ней, приехала вздрызг пьяная в ЗАГС, а ты выпроводил меня, посадив в то роковое такси.
Признаёшься, что я единственная любимая твоя женщина и слёзно молишь о прощении, рыдаешь, утверждая, как ты был не прав.
Приходишь, рассказываешь, много куришь, напиваешься, плачешь, порой даже воешь...
А я всегда молчу и выслушиваю тебя с каменным выражением лица.
Лицам на памятниках меняться не положено...
Я только вспоминаю отрывок когда-то услышанной песни — "мертвецы любви не просят, просят лишь покой."
Дарин 
Игнатов Олег 
Серегина 
Серегина 
Но до того, как умереть, она была живой. И если представить, что мы вместе с автором всё-таки не считываем мысли из-под памятника, а вспоминаем бывшего живого человека, тем более, что заявка есть на темперамент, то из этих воспоминаний логично было бы что-то ретранслировать не только фактическое, но и эмоциональное.
Divena
Пожаловаться
