![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
Пленнице губ вульгарно накрашенных,
Огонек святым Кустурицей,
Улыбаясь, сказал, не страшно…
Страшно, тлея она ответила.
Он же подмигивая, верь мне, мы ветер.
Скорее дым, пленница грустно вставила.
Огонек смеясь, и стелиться по их правилам?
Она, подумав немного, блин таковы законы мирозданья.
Он, ты веришь, в Бога… верю, какое милое создание…
Кажется, я в тебя влюблен…
Теперь она смеялась, то я чувствую уже фильтр опален.
Огонек затухая, тихо сказал, извини,
А она в эйфории предсмертной, чего уж теперь, гори…