На острие карандаша

Застыли запахи и звуки,

И ластятся к бумаге руки…

Довольно маеты и скуки,

Очнись, усталая душа!

Ну, разве в росчерке звезды,

Что, падая, закат линеит

Нет красоты?

Что есть сильнее,

Что значимей и что больнее

Её предсмертной борозды?

А этот клён, что встал наклоном,

Навис фантомом над окном

В дурном предчувствии своём,

Что будет схвачен зимним сном,

Не плачет о себе, зелёном?

Всё рождено на малый срок,

Всё в ожидании кончины

И ищут, что ни день, причины

Стихи — души моей личины,

Из грустных сотканные строк.

И даже этот карандаш,

Что руку пейзажиста помнит,

Он рисовал закат и волны,

А ныне лист строкою полнит

И знает: этот стих — мираж.

Всё быстротечно, как река.

Душа моя, лишь ты нетленна,

Пусть жизнь текуча,

Пусть мгновенна,

Я счастлив, что могу с колена

Черпнуть её из родника.