-Девушка, с вами все в порядке?

-В полном.

От фонаря к фонарю. Я трясусь трамваями, громыхаю поездами и стою автобусами. Я любила одного, потом другого. Один — с ледяным взглядом, другой — бесконечно далеко.

-Куда тебя несет, дура!?

Вокруг, вокруг, вокруг своей оси. Вертеться волчком, как часть вселенной. Обжигаться под солнцем.

-У меня закат над Невой. Скоро разведут мосты.

Ночные тучи садятся на землю, растекаются туманом, заползают в каждую трещину на мостовой. Жуууух-жуууух-жуууух — рву в клочья и сметаю в овраги белое полотно.

-Девушка, просыпайтесь, пора.

Голова кругом. Кто все эти люди? Голоса, голоса. Кыш-кыш, пошли прочь!

«Мэр Москвы Юрий Лужков утвердил план развития московского метрополитена…»

Черви, я чувствую их, они копошатся, выгрызают мою плоть, ползут к сердцу. Длинные, мерзкие, че-ло-ве-ко-образные. Нет, нет! Вытащите их!

-Девушка, пейте лекарство. Успокойтесь…Позовите санитара!

Бом-бом-бом. Часы бьют полночь. Полночь не остается в долгу. Без пятидесятидевяти час ночи и часы остановятся.

-Время смерти: восемнадцать ноль-ноль.

-Ты меня любишь? — шелестит над финским заливом.

-Люблю. Было бы странно, если наоборот — откликается меж семи холмов.

-Что наоборот?

-Ты любил бы меня.

Москва — Питер — Москва. Я теперь летаю между ними. Кто-то считал, что душа становится птицей.

От фонаря к фонарю. Я теперь гляжу на мир другими глазами. Кто-то считал, что душа становится частью города.

Белые стены. Я теперь делаю шесть шагов по кругу. Кто-то считал, что душа попадает в ад.

Две таблетки аспирина. Я теперь вижу сны. Кто-то считал, что создатель проживает судьбы сотворенных им