— Значит, я — сумасшедшая, — отвечаю.

— Эй, я здесь! — оскорбленно выкрикнул голос. Поворачиваюсь на слух, но все равно никого не вижу. Встаю с кровати и кланяюсь:

— Извините.

Взгляд на часы. Выбегаю из квартиры, на ходу надевая куртку, игнорируя "добрый день", "до свидания" и "ты куда?".

— Я, — задыхаясь на бегу, — определенно... плохая... дочь... и плохая сестра, — на нижней лестничной площадке.

Голос молчит.

В мыслях о том, чем могла обидеть голос, — почему-то я была уверена, что он расстроен тем, что остался без завтрака, — добегаю до остановки.

Зря — автобусов не видно, на остановке собралась приличная толпа.

— Я — зря, — говорю вслух, потенциальные пассажиры на остановке оглядываются. Голос молчит. Может быть, другие тоже могли бы его услышать.

— Я — толстая смешная гусеница, — смеюсь, ну не зря же они оглянулись, пусть смотрят театр одного актера, — я — мыльный пузырь, чья мраморная шкурка скоро лопнет и ты заплачешь, не по мне, а от мыльных брызг, попавших в глаха.

С вызовом, женщине, поджавшей губы:

— Вы тоже думаете, что счастье — удел пьяных? Вам самой от себя не тухло?

Встреча.

— Я — высушенный цветок между страниц твоей тетради, — шепчу, — Я — алая лента, вплетенная в твои волосы. Я — строка стихотворения, написанного для тебя умирающим от любви поэтом, который он не решился тебе прочесть и запрятал на дно ящика стола.

Телефонный звонок. Срочные дела. Конечно, до завтра.

Что-то меня душит. Это отчаяние? Я — Арлекин, меня не могут захватить подобные чувства.

Мимо проходит прекрасное создание с печальными глазами. Отвешиваю шутовской поклон:

— Вы будете моей Коломбиной? — создание показывает очаровательную улыбку, но проходит мимо.

Куда угодно, но не домой.

— Я — километры нервного шага по пыльным улицам. Хотите меня узнать — следопыт вам прочтет по земле, как я бегала от звероловов. — Эта игра увлекает. Интересно, с чего голосу понадобилось это знать? Не похоже, чтобы его это развлекало так же, как и меня. Такой серьезный голос, наверное потому, что он сам по себе, без человека, или какие там еще бывают говорящие создания?

— А ты не привидение, случаем?

Голос молчит.

В молчании, мы подходим к закату.

— Видишь вон то облачко? С краю еще беленькое, красно-золотое, во форме похожее на смешную толстую гусеницу? Это — я.

— Ты такая обычная, — презрительный этот голос.

— Извините.

— Я с другой стороны!

— ...