перебираю карты-воспоминания о каждом своем герое.

книжные жизни, прожитые не мною, ложатся в пыль передо мной,

одна за другой, одна за другой. вот кто-то с красным пером,

вот кто-то с разбитым сердцем, сломанной надеждой, оголенным мечом.

вот кто-то убитый— не мной, кем-то иным, из приоткрывшейся дверцы

в мир иной. вот кто-то —чужой, заимствованный мною герой-

а я говорю правду, ведь полуправда— еще хуже чем ложь.

поверх всех лиц ложится пепел моих сигарет, гадких на вкус-

но я все еще помню, что курит поэт— этим я и давлюсь.

дым опускается вверх, дым поднимается вниз, к лицам,

укоризненно смотрящим на меня. сверху— одно, снизу— два.

нервы пляшут бешеную пляску, не успевая за пальцами,

отстукивающими ритм. я сегодня решил— напишу еще пару стихов.

или нет, одно. хотя бы одно... но полное, как луна,

моей невысказанной боли и тоски, смешанной с тобою.

мой Юи Канда, мой творческий кризис

с кривою и темной судьбою.