Защищаясь от копоти, нежатся стены,

Но на белом и чистом панно Левитана

Загораются мифы, взрываются вены

Нет ни ярких и модных, свирепых и тихих,

Упорхнул гордый плач, колыхаясь как смех,

Вместо роз и тюльпанов — стада облепихи

И ольховый, замерзший от марта орех

А на лестницах тусклых, где когда-то парады

Проносились галопом под звон Трубецких,

Все выносят и портят теперь, но награды

Наших старых товарищей гениев злых

Мы оставим взамен, не продав, не лелеяв —

Просто символ отчизны, зажигающей кровь,

Где недавно вот также сидел Менделеев,

Вспоминая спросони скопленья миров

Лишь горячие лужи, что растаяли снова

Вновь окажутся где-то под амбарным замком,

Но трепещущий миг уникального слова

Запереть не заставить, лишь убрать на потом

Только нет ярких сил, поворотов и треска,

Чтоб огромные ставни усеять золой

Этих гордых бутонов недоблекшие фрески

Из горящего храма заберите с собой…

2003