Неоконченные строчки

Бесконечным чередом,

Непоставленные точки

И давно забытый дом.

Окровавленные руки

И подавленная плоть.

Раздражающие звуки

И проснувшаяся злость.

Поцелуя болью сладость

В полусгнившие уста…

Провожаю мою радость,

В совсем близкие места.

Подавляю свою ревность

Каплями остывших слез.

Успокаивает мерность,

Усыпляет скрип колес…

*******

В общей яме под молитвы

Посиневшего монаха…

И под крики птичьих клювов

Злобных докторов-садистов.

Тут ни боли и не страха-

Что бояться если умер?

Хоть и дышишь, понимая,

Что ты болен и что комья,

Без надежды и сомнений,

Упадут под стук лопаты

На рассадник Божьей кары.

Крик Иисуса, шепот бога

Затихает в безпробудстве

Остывающих сознаний,

Что мечтали так поехать

К тете Кларе в Сент-Георгий

Или просто же хотели

Выдать замуж дочку Элли,

Что сейчас так улыбалась,

Разрубаема лопатой,

Только что-то даже птицы,

С жезлами слуг Гиппократа,

Перестали заклинанья

Сквозь кострища посылать…

Скоро эти птицы станут

Распинаться в адских муках,

И червивые бубоны побоятся протыкать.

И священник, и могильщик,

И трактирщик мистер Пампкин,

Забивая доской окна и заваливая дверь,

Будут слушать, как скребутся

Червоточными руками,

Стонут, шепчут и бормочут

Их соседи, что пока что хоть живые,

Но забиты в темных комнатах,

Где крысы стали их любимой пищей…

И надежда остывает

Вместе с тусклыми углями

И дымком, что извиваясь,

Хочет вырваться из ада.

Вместе с детскими мечтами

покататься на тележке,

Уезжают на погосты

Черные линкоры смерти,

Управляемые негром,

Что был куплен на Ямайке,

Чей хозяин погоняет среди трупов

Хриплым кашлем…

Негр знает, что свобода

Уж маячит у могилы.

Он смакует, как он скинет

Своего сеньора в яму…

Улыбнется и посмотрит

На страданье белых бесов.