"-Почему именно он? Почему именно он оказался толмачом? Что за идиотское совпадение? Род Глори всю жизнь мне будет портить?!

Рука его лучшего друга с силой ударяет по стенке походного шатра. В кои-то веки у Янтаря сдали нервы. У всегда спокойного Янтаря.Наверное, ему было очень неловко при мысли о том, что за правым плечом стоит его лучший друг.

-Не ты один такой.— непослушные губы разлепляются и Рубин сам не замечает, как из его рта вырываются слова.

Янтарь только сильнее разозлился. Теперь он не говорил, а почти кричал, и его медовая манера говорить исчезла, как будто бы ее никогда и не было, и голос, и без того низкий, стал резким, как щелчок кнута.

-У меня от этой дуры братец-кретин! Существун! Самый мерзкий существун! мы пестовали этого «гения» тысячу лет, а он родился существуном! Причем в прямом смысле этого слова!

Видимо, он и впрямь ненавидит своего брата, мельком подумал Рубин. а Губы-предатели уже выдали:

-мне хуже.

Янтарь обернулся и внимательно вгляделся в лицо своего спутника. Темно-каштановые волосы Янтаря растрепались, точеное лицо пылало гневом. Глаза его, янтарные, переливающиеся, потемнели настолько, что теперь напоминали застывший засахаренный мед.

-И чем же? — ехидно поинтересовался он.

-У меня будет братец. — последнее слово Рубин буквально выплюнул. Но усилием воли не позволил себе ни малейших проявлений эмоций.

Янтарь удивленно приподнял вверх бровь.

-Полукровка.-вновь пришлось говорить.

Рубин не любил говорить. Эта функция раздражала его. Если бы он мог, он бы вообще никогда не разговаривал.

Янтарь позволил себе едва заметную улыбку. Рубин был единственным человеком, который действовал на него как хорошее успокоительное.

-Что-то ты сегодня на редкость многословен.

Янтарь развернулся на каблуках и направился к стоящему неподалеку креслу. Сел, закинув нога за ногу, откинулся и произнес, едва заметно улыбнувшись:

-Я весь одно большое ухо. Я же понимаю, что хуже существуна может быть только полукровка.

Рубин не обратил на последние слова ни малейшего внимания.

-Она — глори. Вторая жена моего отца — глори. — пауза. — Старшая сестра в этом поколении.

Губы Рубина искривила едва заметная улыбка, кривая, как лезвие серпа.

-Вот черт. — ругнулся мигом посерьезневший Янтарь. — моя мачеха — дочь средней. Второй, если быть точным.

-может, это нас и связывает? — зевнул Рубин.

Янтарь покосился на него.

-это не связь, это издевательство."

Морок потер лоб, сделал пару глотков вина. С высоты своего огромного опыта, он знал лучше всех, что, когда у власти идиот— с этим бороться невозможно. Главной ошибкой М'ьеры было объявление официального запрета на полукровок— в мире, где полукровки занимают 70% от всего населения, того и гляди развернется крупномасштабная война. И это всего лишь вопрос времени.

Но если быть абсолютно точным, то все началось в тот самый день.