Особая должность Гл.2

В детстве мы играли в Солдатов. Основательно вооружившись пулеметом, которым служила засохшая ветка с дуба, и комплектом рябиновых гранат можно было победить сотни тысяч повстанцев, революционеров, фашистов. Все по-настоящему: и война была не шуточная, и ссадины на коленках, и засады на дереве.

Нынешней ребятне этого всего не понять. У них есть Call of Duty, Battlefield. Теперь куда престижней проводить дни у монитора компьютера, чем быть ребенком. Обычным ребенком, который верит не в нарисованную на экране магию, а в самые обычные чудеса.

Так вот, однажды сидя в окопе и подстерегая Тоху из первого подъезда, мы с Маринкой так разговорились, что не заметили, как Антошка сам окружил нас и залил из пластиковой бутылки водой с криками «Ага, попались! Ну держитесь у меня! Вот вам и бензин, сейчас подпалим вашу засаду!». Хотя и бензин, и огонь были чисто символическими, но обжигали покрепче реальных. И так обидно, и в то же время стыдно, стало. Как же можно было так опростоволоситься. Всему виной девчонки. Развесил, видишь ли, уши. Будто с этими девчонками вообще есть о чем поговорить.

Но моя ярость была не продолжительной. Антошка уже тем временем побежал ловить других «чекистов», когда вдруг Маринка крепко обняла меня. Потом так тихо, с видом невинного котенка прошептала: «Извини», и... И поцеловала! Да еще и не просто так, а прямо в губы!

По мне как будто каток проехался. Все тело стало вмиг ватным и легким, и в то же время тяжелым как слон. Даже коленки задрожали. В общем, было и приятно, и противно сразу. И не смотря на то, что меня засасывало в зыбучие пески Маринкиных глаз, я одернул себя и, назвав ее дурочкой, удалился прочь.

Не знаю почему, но находясь в транспортёре, да еще и на грани смерти, чувства были очень схожи на те, которые подарил первый поцелуй. Воронка не просто втягивала в себя бронированную машину с крошечным водителем, то есть мной, она забирала мои силы. Тело становилось таким же легким и пористым, как тогда в детстве. Эх, если выживу, то нужно подкинуть идею сейсмологам назвать этот катаклизм в честь Маринки. Песчаная бездна зажимала в объятиях так сильно, что сознание начало потихоньку уходить от меня. Глаза закрылись сами по себе.